Сельхозсектор России много лет оставался образцово-показательным в сравнении со многими другими отраслями экономики. Он демонстрировал бурный рост по всем направлениям: объемам производства продукции, рентабельности хозяйств и экспорту, который за последнее десятилетие вырос втрое, до $41,5 млрд. Сегодня АПК входит в новый цикл, где главное не объемы производства, а технологичность и эффективность. «Эксперт» побеседовал с министром сельского хозяйства Оксаной Лут о новых точках опоры для развития.
— Продовольственная безопасность — это не только объемы производства, но и способность эффективно реагировать на внешние шоки. На что России сегодня важнее делать ставку: собственные технологии, стратегические запасы или диверсификацию импорта?
— Обеспечение продовольственной безопасности — ключевая цель аграрной политики. На нее работают и поддержка предприятий, и развитие науки, и подготовка кадров, и сохранение плодородия земель, и развитие инфраструктуры на сельских территориях. Сюда же относятся таможенно-тарифное регулирование, международное сотрудничество и контроль качества продукции. Все эти и другие инструменты должны работать вместе, дополнять друг друга.
Стратегические запасы и диверсификация импорта помогают пройти временные сбои. Но основа устойчивости на годы вперед — собственное производство и технологии, от которых оно зависит.
Основными продуктами Россия себя уже обеспечивает. Теперь важно понимать, за счет чего мы будем производить их завтра. Если отдельные семена, племенные животные, ветпрепараты или та же лимонная кислота будут поступать только извне, риски будут сохраняться. Поэтому с 2025 года мы реализуем нацпроект «Технологическое обеспечение продовольственной безопасности», который охватывает эти и другие направления, необходимые для укрепления суверенитета нашего АПК. С этого года мы запустили три больших научно-технологических проекта: агротехнологический, животноводческий и биотехнологический. Они направлены на снижение себестоимости и повышение эффективности производства на всех этапах.
При этом даже на высоко развитое собственное производство может влиять погода и другие внешние факторы. Текущий год — яркий тому пример. Поэтому, конечно, необходимы запасы, диверсификация экспорта и импорта, эффективная внутренняя логистика. Поэтому продбез — это, конечно, про комплексную работу и тщательный контроль баланса.
— Вы часто говорите о переходе от экстенсивного роста к эффективности. Но нельзя бесконечно повышать урожайность или производительность труда, одновременно снижая издержки. Где в будущем искать резервы для роста российского АПК?
— Вспомните, каким было сельское хозяйство лет 30 назад. То, что мы видим сегодня, — беспилотные комбайны, агродроны, умные системы, роботы, искусственный интеллект —тогда казалось абсолютной фантастикой. Современная наука не стоит на месте, поэтому, я думаю, нам всегда будет куда расти.
Да и сейчас нам предстоит еще большой путь по повышению эффективности. Между возможностями современных технологий и тем, как они внедряются и используются на практике, пока сохраняется разрыв. Наша задача — максимально широко распространять наиболее успешные практики.
Как раз на это, как я уже сказала, направлены наши три больших проекта. Их общая задача — связать воедино все факторы, от которых зависит результат. Нельзя заниматься только селекцией и ждать, что новый сорт обеспечит высокую урожайность. Нужно учитывать состояние почвы, правильно подобрать питание и защиту растений, технику, сроки проведения работ. Точно так же в животноводстве потенциал генетики раскрывается при воспроизводстве, правильном кормлении, ветеринарном сопровождении и содержании.
Принципиально, чтобы научные разработки с самого начала отвечали конкретным запросам бизнеса. Производителю нужно предложить не просто проверенное решение, но и понятные рекомендации: как его внедрить, какое оборудование и какие компетенции потребуются, сколько это будет стоить и какую отдачу можно получить. Причем с учетом региональных особенностей, масштаба предприятия и его возможностей. Отдельный вопрос — доступность: даже эффективная разработка не станет массовой, если она слишком дорогая или сложная в использовании. Поэтому все три проекта нацелены на решения, которые аграрии смогут применять в своей повседневной работе.
Безусловным приоритетом для нас остается внутренний рынок. Российские аграрии в полном объеме обеспечены минеральными удобрениями, необходимыми для проведения сезонных полевых работ
Еще один резерв — совершенствование организации труда. Отдача от современной техники и технологий во многом зависит от того, как выстроены процессы. Если оборудование простаивает в ожидании сырья, сотрудники тратят время на лишние перемещения, а работы на разных участках не согласованы, предприятие теряет и объемы продукции, и деньги. Поэтому наряду с технической модернизацией помогаем бизнесу находить и устранять потери. На это направлена обновленная программа повышения производительности труда в сельском хозяйстве, так называемая 2.0.
Мы планируем, что к 2030 году производительность труда в отрасли вырастет практически на 12,6% к уровню 2023 года. Упор делаем на крупные и средние предприятия, 40% из которых будут охвачены мерами программы уже в ближайшие годы. Для малых форм хозяйствования совместно с регионами мы уже создали 86 центров компетенций, помогающих фермерам внедрять эти инструменты.
Следующим этапом станет формирование версии программы 3.0, в которую будет включена перерабатывающая промышленность. Это позволит нам повысить эффективность по всей цепочке: от поля до прилавка.
— В одном из интервью 2024 года вы называли экспорт главным каналом наращивания производства, особенно за счет продуктов глубокой переработки (муки, масла, кондитерских изделий и проч.). Как изменилась структура поставок за это время и что обеспечит их дальнейший рост?
— Сегодня российская продукция АПК поставляется более чем в 160 стран мира, в которых проживает более 95% мирового населения. За десятилетие аграрный экспорт вырос почти втрое и по итогам прошлого года достиг $41,5 млрд — это около 80 млн тонн продукции.
Нашей визитной карточкой остается зерно: с 2016 года Россия занимает первое место в мире по экспорту пшеницы. При этом рынок сельхозкультур — высоко волатильный и не гарантирует стабильную доходность. Например, в прошлом году конъюнктура не располагала к активной торговле зерном: рынок был насыщен, цены — низкими.
Но это нормальная ситуация. Отрасль получила важный сигнал: для дальнейшего роста необходимо делать акцент на более дорогую и сложную продукцию с высокой добавленной стоимостью. Именно этот переход — от преимущественно сырьевой модели к экспорту продукции высокого передела — сегодня является одним из ключевых трендов.
Такой подход выгоден и экономически, и стратегически. Даже если физические объемы сырьевого экспорта снижаются, выручка растет именно за счет поставок продукции с высокой добавленной стоимостью.
В 2025 году доля экспорта такой продукции достигла 48%, то есть практически половины всего объема. Рост — на 12%, почти до $20 млрд. В этом году динамику сохраняем: с начала года мы прибавили 7%, объем поставок составил $15 млрд. По отдельным позициям динамика еще выше. Например, по кормам для домашних животных — на четверть, сахару и кондитерке — 23% и 10%, растительным маслам — 14%, сухому обезжиренному молоку — рост в 2,8 раза.
При этом сегодня мы стремимся предлагать нашим партнерам не только продукты питания, но и решения, которые помогают их производить: удобрения, семена, генетический материал, вакцины. Спрос здесь очень хороший. В 2025-м экспорт продукции агротеха увеличился почти на треть и превысил $16 млрд. В этом году рост примерно на 16% год к году. Экспорт генетического материала увеличился более чем в полтора раза, биотехнологической продукции — практически на четверть.
Стратегические запасы и диверсификация импорта помогают пройти временные сбои. Но основа устойчивости на годы вперед — собственное производство и технологии, от которых оно зависит
— Мировые цены на удобрения растут. Что происходит с российским экспортом этого продукта и удается ли сохранять приоритет внутреннего рынка?
— Минеральные удобрения дают основной объем экспорта российского агротеха, наша страна — один из мировых лидеров по поставкам этой продукции за рубеж. Причем за девять месяцев прирост в денежном выражении составил 16,6%, а в физическом сократился примерно на 4%. Такая разница — как раз за счет роста мировых цен.
По итогам года ожидаем объем поставок выше прошлогоднего уровня. При этом безусловным приоритетом для нас остается внутренний рынок. Российские аграрии в полном объеме обеспечены минеральными удобрениями, необходимыми для проведения сезонных полевых работ. Здесь мы очень внимательно следим за балансом между экспортом и внутренним потреблением, чтобы потребности отечественного АПК были полностью закрыты.
— Из-за переориентации зернового экспорта увеличивается нагрузка на балтийские и каспийские порты. Как справляется логистика?
— Логистика перестраивается, хотя такая смена маршрутов требует и времени, и дополнительных затрат. Раньше около 80% зернового экспорта проходило через Азово-Черноморский бассейн: рядом основные производящие регионы, сформирована необходимая инфраструктура, отработаны пути к крупнейшим покупателям. Сейчас заметно выросла роль Балтики и Каспия.
Здесь нужно решить две связанные задачи: обеспечить бесперебойное движение грузов и сохранить приемлемую стоимость доставки. Можно найти альтернативный путь, но, если транспортные расходы съедают доход от продажи зерна, для производителя проблема остается.
Поэтому прежде всего координируем всю цепочку: от отправки зерна из региона до его погрузки на судно. В оперативном штабе при Минсельхозе вместе с Минтрансом, РЖД, портами и экспортерами ежедневно разбираем возникающие сложности. Подвоз должен соответствовать возможностям терминалов: иначе вагоны будут простаивать, а бизнес — нести дополнительные расходы.
Приоритет зерновых грузов на железной дороге по решению президента повышен до третьей очереди. Это означает, что при ограниченной пропускной способности заявки на перевозку зерна рассматриваются раньше большинства других грузов. Такая мера позволяет сократить ожидание отправки и быстрее доставлять продукцию в порты. Одновременно РЖД увеличивает возможности инфраструктуры на подходах к терминалам.
Вторая часть работы — снижение стоимости перевозок. На их субсидирование уже выделено 9,7 млрд руб. В октябре мы расширили географию льготных маршрутов и упростили подачу документов. Кроме того, РЖД предоставляет скидки на доставку зерна в балтийские, каспийские и дальневосточные порты.
Недавно президентом было принято решение дополнительно направить на субсидирование железнодорожных перевозок еще 10 млрд руб.: 3 млрд руб. планируем получить в этом году, оставшиеся 7 млрд руб. — в следующем. Это позволит увеличить объем льготных перевозок и охватить новые направления.
Дополнительные возможности дает речной транспорт. Там, где позволяют инфраструктура и сроки навигации, он помогает перераспределять грузопотоки и снижать нагрузку на железные и автомобильные дороги.
— На фоне снижения закупочных цен на зерно было принято решение о проведении закупочных интервенций. Достаточно ли мощностей для хранения урожая и формирования государственных запасов? Какие еще принимаются меры для поддержки рентабельности зернопроизводителей?
— Для нас важно, чтобы производство зерна оставалось рентабельным. При снижении закупочных цен это становится сложнее, поэтому оказываем поддержку сразу по нескольким направлениям: помогаем с реализацией, снижаем текущую финансовую нагрузку, стимулируем внутренний спрос.
Буквально на днях мы приступили к закупочным интервенциям, и могу сказать, что они идут довольно активно. Цены закупки в госфонд сейчас выше рынка, поэтому интерес к этому инструменту есть, и мы рассчитываем, что круг участников будет расширяться. Планируем приобрести до 3 млн тонн зерна, что позволит снять часть излишков с рынка и поможет поддержать цену.
Что касается хранения, сейчас вместе с регионами определяем элеваторы для размещения интервенционного фонда. К этой работе подключены 14 субъектов юга России, Поволжья и центральной части страны. При этом продавать зерно смогут производители и из других субъектов, в том числе воссоединенных территорий.
Кроме того, принимается ряд дополнительных мер для поддержки финансовой устойчивости аграриев. В том числе пролонгация льготных краткосрочных кредитов и льготного лизинга для растениеводов, погектарная поддержка озимого сева, а также сохранение статуса сельхозтоваропроизводителя при сокращении выручки по основной деятельности. Параллельно прорабатываем вопрос увеличения закупок зерна в регионах с высоким внутренним спросом, в том числе со стороны животноводческих и перерабатывающих предприятий.
— Как обстоят дела с экспортом зерна? Изменились ли основные покупатели из-за перестройки логистики?
— Несмотря на внешние вызовы, на середину октября экспорт с начала года увеличился в деньгах на 15%, по тоннажу — на 18%. Среди крупнейших покупателей российского зерна — Египет, Турция, Казахстан, Судан.
Важно дать предприятиям возможность эффективно вкладываться в развитие. Для этого есть льготное кредитование и программы приобретения техники
— Сейчас правительство ищет способы перезапустить инвестиционный цикл в экономике. Как привлекать в АПК новых инвесторов в условиях снижения рентабельности?
— Инвестору нужна понятная экономика проекта: сколько вложить, кому продавать продукцию и за какой срок вернутся деньги. Падение рентабельности усложняет эти расчеты, особенно в производствах с длительной окупаемостью. Поэтому наша задача — снизить стоимость финансирования и первоначальную нагрузку на бизнес.
Основной инструмент — льготные инвестиционные кредиты на строительство и модернизацию предприятий, приобретение оборудования и расширение мощностей. В следующем году на поддержку льготного кредитования планируем направить 113,9 млрд руб.
Приобретать технику и оборудование можно на условиях льготного лизинга. Для начинающих предпринимателей и небольших хозяйств предусмотрены гранты на создание и развитие фермерского бизнеса. Средства можно направлять на формирование производственной базы, покупку техники, оборудования и животных.
В целом на ближайшие три года на реализацию четырех государственных программ Минсельхоза предусмотрено порядка 1,3 трлн руб. Это значимый объем поддержки.
Приоритетными для инвестиций считаем направления, где есть устойчивый спрос и потенциал роста: глубокую переработку сельхозсырья, производство пищевых и кормовых компонентов, селекцию, генетику и биотехнологии. Такие проекты позволяют опираться на собственную сырьевую базу, замещать импорт и выходить на зарубежные рынки.
— Как идет восстановление хозяйств в Курской, Белгородской и Брянской областях? Каковы объемы помощи?
— Поддержка аграриев в приграничных регионах — это одна из важнейших на сегодня задач. Среди инструментов — как прямые компенсации за утраченное поголовье, технику и инфраструктуру, так и льготное финансирование восстановления производства. Эти меры предусмотрены Программой комплексного восстановления и развития пострадавших территорий Курской, Белгородской и Брянской областей.
В 2026 году трем регионам выделено в общей сложности почти 5,9 млрд руб. Из них Курской области — 3,7 млрд руб., Белгородской — 1,8 млрд руб., Брянской — около 379 млн руб. Это позволит компенсировать ущерб более чем 220 предприятиям.
Кроме того, программа предусматривает создание условий для долгосрочного восстановления производства. Речь о льготных инвестиционных кредитах по ставке до 3% годовых и сохранении льготных условий по ранее выданным займам. Пострадавший бизнес, в том числе предприятия, чья работа была полностью остановлена, получил возможность сохранить статус сельхозтоваропроизводителя и все связанные с ним льготы. Сейчас мы прорабатываем вопрос о пролонгации этого статуса до конца 2029 года.
— Какие задачи стоят перед сельским хозяйством ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей?
— Главная задача — восстановить производственный потенциал этих территорий и обеспечить устойчивую работу агробизнеса. Для этого нужно обновлять технику, развивать животноводство и переработку, налаживать сбыт продукции. Эта работа предусмотрена программой социально-экономического развития четырех регионов, утвержденной правительством в 2023 году. Финансирование увеличиваем: в прошлом году федеральная поддержка АПК и сельских территорий составила около 7 млрд руб., на этот год предусмотрено более 8 млрд руб.
Важно дать предприятиям возможность эффективно вкладываться в развитие. Для этого есть льготное кредитование и программы приобретения техники. С этого года аграриям также доступны субсидии на покупку племенного молодняка, содержание маточного поголовья, закладку и уход за садами. С 2027 года хозяйства смогут пользоваться агрострахованием с господдержкой — это дополнительная защита от рисков потери урожая.
Кроме того, нам необходимо создавать условия для закрепления специалистов и их семей на селе. Поэтому одновременно с производством развиваем инфраструктуру. В прошлом году в четырех регионах реализовано 80 мероприятий в рамках нашей госпрограммы «Комплексное развитие сельских территорий»: ремонтировали школы, строили дороги, благоустраивали общественные пространства. У человека должны быть и работа с понятной перспективой, и комфортные условия для жизни.
Будем и дальше системно заниматься всеми этими вопросами, чтобы наши исторические регионы успешно развивались и могли реализовать тот значительный потенциал, который у них, безусловно, есть в нашей отрасли.
Переход от преимущественно сырьевой модели к экспорту продукции высокого передела сегодня является одним из ключевых трендов
Источник: журнал «Эксперт» от 10 НОЯ 2026 года |
RSS канал
