Апелляционная инстанция оставила в силе решение об отказе курскому агрохолдингу «Агропромышленный альянс "Юг"» во взыскании 300 млн руб. с АО «Альфастрахование» за падеж свиней в Суджанском районе, произошедший в августе 2024 года. Тогда когда часть региона оккупировали ВСУ; аграрии были вынуждены уехать без свиней. Первая инстанция применила договорное исключение убытков, связанных с терактами, и сочла недоказанной причину гибели животных. Стороны воздержались от комментариев. Эксперты невысоко оценивают перспективы пересмотра дела в кассации, отмечая прецедентность спора для аграриев приграничья, пишет «Коммерсантъ-Черноземье».
Девятый арбитражный апелляционный суд оставил без изменения решение Арбитражного суда Москвы, который отказал курскому АО «Агропромышленный альянс "Юг"» во взыскании с АО «Альфастрахование» 300 млн руб. страхового возмещения за гибель свиней в Суджанском районе в августе 2024 года, когда в регион вторглись ВСУ. Это следует из картотеки арбитражных дел. Мотивировочная часть постановления апелляции пока не опубликована. Кассационных жалоб не поступало.
В «Агропромышленном альянсе "Юг"» отказались прокомментировать «Ъ-Черноземье» исход спора: «Мы никаких комментариев не даем». В пресс-службе «Альфастрахования» также воздержались от ответа.
По данным Rusprofile, «Агропромышленный альянс "Юг"» зарегистрировано в Суджанском районе Курской области в 2003 году. Основной вид деятельности — разведение свиней. Уставный капитал — 46,6 млн руб. Сведения об учредителях в ЕГРЮЛ отсутствуют. В 2025 году общество сработало с нулевой выручкой и прибылью в 190 млн руб. Годом ранее выручка составляла 570 млн руб., а чистый убыток — 650 млн руб. Гендиректор — Андрей Семиноженко.
Изначально иск поступил в Арбитражный суд Белгородской области. Однако страховщик практически сразу добился передачи спора в Москву, сославшись на заключение договора с головным офисом компании. Соглашение было подписано в июне 2024 года.
В августе того же года агрохолдинг уведомил страховщика о массовой гибели поголовья на производственных площадках в Суджанском районе. По версии предприятия, 6 августа произошло аварийное отключение электроэнергии, а попытки обеспечить работу оборудования с помощью мобильных генераторов не дали результата.
Истец утверждал, что к 8 августа электроснабжение прекратилось окончательно. Из-за остановки вентиляции в животноводческих корпусах свиньи, по его версии, погибли от асфиксии — удушья. В обоснование требований «Юг» указывал, что режим контртеррористической операции (КТО) в Курской области ввели только 9 августа 2024 года — уже после предполагаемого начала падежа.
«Альфастрахование» же настаивало, что договор исключал возмещение любых убытков, прямо или косвенно связанных с террористическими актами, диверсиями и проведением КТО.
В материалах дела указано, что по факту произошедшего было возбуждено уголовное дело о теракте (ст. 205 УК РФ), а агрохолдинг признали потерпевшим.
Первая инстанция связала прекращение подачи электричества с терактом и признала, что обстоятельства происшествия подпадают под договорное исключение. Дата официального введения режима КТО этого вывода не изменила: условия страхования отдельно исключали убытки, связанные с террористическими актами.
Дополнительным основанием для отказа стала недостаточность доказательств причины гибели животных. Представленные агрохолдингом акты на выбытие скота и отчеты о его движении были подписаны только генеральным директором Андреем Семиноженко. Суд указал, что документы должны оформляться комиссией с участием заведующего фермой, зоотехника и ветеринарного врача.
Кроме того, предприятие не уведомило государственную ветеринарную службу о массовом падеже, не организовало вскрытие животных и не представило патологоанатомические данные.
Заключение Курского государственного аграрного университета арбитраж также не счел достаточным подтверждением заявленной причины гибели.
Еще одним обстоятельством стало выделение бюджетной помощи. Согласно постановлению правительства Курской области от 9 апреля 2025 года, агрохолдингу предоставили субсидию в 219 млн руб. на компенсацию ущерба от утраты поголовья. Компания не уведомила об этом страховщика, хотя договор предусматривал учет возмещений от третьих лиц. По расчету первой инстанции, с учетом субсидии и франшизы — части убытка, которую страховщик не возмещает,— потенциальная выплата, даже если бы происшествие признали страховым случаем, не превысила бы 61,3 млн руб.
• Параллельно в Арбитражном суде Москвы рассматриваются еще два иска «Юга» к «Альфастрахованию» на общую сумму 189 млн рублей. Их суть не раскрывается. Оба заявления приняты к производству, ближайшие заседания назначены на 11 и 15 декабря.
• Агрохолдинг также пытался взыскать 280 млн руб. с АО СК «РСХБ-Страхование». Предметом спора стал отказ в выплатах по договорам страхования движимого и недвижимого имущества. Страховщик ссылался на условия соглашений, в которые не были включены такие риски, как «терроризм», «диверсия» или «мародерство». В итоге столичный арбитраж встал на сторону ответчика.
Старший юрист компании «Центральный округ» Вениамин Фурин считает перспективы пересмотра дела в кассации «невысокими»: «Наиболее существенным направлением обжалования мог бы стать вопрос о правильности установления причинно-следственной связи между террористическими действиями, прекращением электроснабжения свинокомплекса и последующей гибелью животных».
«Предприятие вправе настаивать на том, что непосредственной причиной ущерба стала остановка вентиляционного оборудования, а не сами террористические действия. Однако при столь широкой формулировке договорного исключения этот аргумент представляется недостаточно сильным»,— отмечает юрист.
По его оценке, дело может стать дополнительным ориентиром для агропромышленных предприятий приграничных регионов, поскольку гибель животных, по версии истца, стала следствием прекращения работы систем жизнеобеспечения, а не прямого вооруженного воздействия.
Старший юрист «Рустам Курмаев и партнеры» Владислав Гейтс добавляет, что в кассации, как правило, не переоценивают установленные судами обстоятельства. Перспективы отмены судебных актов он связывает с возможностью доказать, что к представленным материалам предъявили чрезмерно формальные требования и не учли условия их сбора: «Например, что гибель скота можно подтвердить не только бухгалтерскими формами Госкомстата. Важно также, что сбор доказательств происходил в зоне боевых действий, где штатная работа ветслужбы и комиссий была невозможна».
В.Гейтс обращает внимание на различие между отказами со ссылкой на военные действия и применением договорного исключения терактов.
В качестве примера он приводит дело компании «Лафид» о возмещении ущерба от обстрелов в Белгородской области: Верховный суд поддержал страхователя в споре, в котором страховая компания отказывала в выплате, ссылаясь на военные действия. Если же договор прямо исключает террористические акты из покрытия, суды, по словам эксперта, как правило, поддерживают страховщиков.
Зерновой портал Центрального Черноземья
|
RSS канал
